Заклятая дружба между президентом Ющенко и премьером Тимошенко переходит в стадию неприкрытого конфликта. Правда, пока в одностороннем порядке – только со стороны президента.
 
Вчера в эфире плюсов президент сообщил, что у него есть информация о возможной «раздаче» облэнерго в обмен на голосование в парламенте: «У меня есть сигналы о том, что приватизация может обойтись Украине просто раздачей облэнерго определенным голосам, чтобы они в парламенте голосовали так, как кто-то захочет».

Не конкретизируя, что это за «сигналы» и кто просигнализировал (Балога, Ахметов, Колесников, Богатырева и т.д. – нужное подчеркнуть) и насколько надежны сигнализаторы как источники информации, Ющенко скорбно сокрушался на всю страну: «К сожалению, эти сигналы есть, я на них отреагирую, придет время, моя реакция будет мгновенной на это. Но я просто сейчас предостерегаю – я проинформирован, у меня есть почта, и я буду твердо стоять на том, что мы проведем не распродажу Украины, а продуманную приватизацию объектов».

Вообще-то выносить сор непроверенной информации в телеэфир нельзя расценить иначе, как желание слухами и подозрениями замазать правительство Тимошенко. По принципу - осадок-то останется.

И вообще президенту-либералу очень не по душе активная приватизация: дескать, надо бы «сбавить ажиотаж вокруг приватизации с точки зрения количества проектов», надо, чтобы по каждому объекту приватизации была «продуманная предпродажная программа». А разве не это намеревается сделать правительство и без конца повторяет, что приватизация будет проведена исключительно на открытых аукционах и что правила допуска к нему желающих не будут выписаны под конкретных покупателей.

Ведь именно по правилам, разработанным правительством Тимошенко первой каденции, была продана «Криворожсталь» уже правительством Еханурова. И Ющенко, помнится, был весьма и весьма доволен и ходом аукциона и его результатом.

Не прошло еще и года с того времени, когда журналисты шумно, публично - через СМИ - "сигнализировали" президенту о безобразной, втихаря, без конкурса, приватизации «Лугансктепловоза» и «Днепроэнерго». Но президент тогда был глух и, соответственно, нем. Хотя тогда сигналы были об уже случившемся событии, а не о слухах и предположениях.