В конце 70-х годов, в самый расцвет "застоя", когда экономическая наука занималась не экономикой, а ее виртуальным подобием, один университетский профессор-экономист прославился тем, что на особо бессодержательные и схоластические труды налагал одну и ту же резолюцию - "Це колгосп "Червона синька". Иными словами - "то, чего не может быть". Спустя двадцать пять лет ситуация не слишком изменилась - той же резолюции заслуживают многие решения и полурешения правительства и Верховной Рады Украины по поводу приватизации и управления госсобственностью.

Государственная собственность в Украине: колхоз в эпоху глобальной конкуренции.

То, что в собственности государства Украина еще остаются несколько тысяч предприятий, факт бесспорный. То, что государство в лице администрации Президента, правительства, министерств и ведомств, фонда госимущества, соответствующих комитетов Верховной Рады, областных администраций и менеджмента государственных предприятий пытается этой собственностью управлять - понятно. Но как некомпетентно государство это делает!!! И не ищите аналогов среди любых других известных моделей управления - французской, немецкой, итальянской, китайской - не найдете.

Во всех цивилизованных странах госкомпании, пусть и с разной степенью успеха, но интегрированы в рынок и гибко взаимодействуют с негосударственным сектором экономики. Они вступают в глобальные альянсы или становятся транснациональными, и, главное, по своему экономическому механизму практически ничем не отличаются от частных предприятий.

Сравните эту ситуацию с той, которая сегодня сложилась в Украине... Поскольку аналогов вы не найдете, а примеры "банановых республик" рассматривать не хочется, то напрашивается очень простой вывод - украинская экономика построена по модели "государственного колхоза "Червона синька". Того самого, где все решают председатель и райком партии (администрация Президента и Кабинет Министров), бригадиры и звеньевые (министерства и облгосадминистрации), где работа отступает на задний план перед постоянными проверками, где у колхозников (менеджеров) нет никаких реальных прав, кроме как всласть наораться на собрании колхоза... При этом все, так называемые, собственники в рамках капиталистического соревнования растаскивают общее имущество по индивидуальным коморам под крики о том, что Павел Иванович (Лазаренко) украл на три мешка больше, чем Игорь Михайлович (Бакай), ату его!

А самое плохое в том, что иного и быть не могло - Украина превратилась в "колхоз" только в силу того, что приватизация в стране была проведена с использованием приватизационных ценных бумаг - сертификатов.

Заупокойная молитва по приватизации

История приватизации в Украине - это история того, как принимались формально правильные решения, но в которых, по сути, было мало экономического смысла.

Почему? Например, потому, что сертификатная приватизация не создала реальный рынок ценных бумаг. Вместо него возникла "толкучка" республиканского масштаба, где крупные спекулянты (так называемые "инвестиционные компании" - авт.) за гроши скупали у рядовых граждан их права на часть общегосударственной собственности. И где эти "инвестиционные компании" теперь? И кто ответит, где пропали невостребованные сертификаты - а их было более четверти? И кто объяснит тем редким счастливчикам, сумевшим получить взамен сертификатов "настоящие акции", что их шанс на получение дивидендов столь же вероятен, насколько вероятно третье пришествие Христа? А уж на то, что государство честно расскажет гражданам, что сертификатная приватизация наилучшим образом подошла для первоначального накопления капитала украинскими "олигархами" вообще надежды нет никакой.

Для чего мы сегодня вспомнили об этой печальной главе в истории независимой Украины? Только для того, чтобы еще раз сказать: формально-народные игры с госсобственностью и приватизацией - это экономический тупик. А те правила игры в приватизацию, которые действуют сегодня - продажа госпакетов акций с перечислением денег в бюджет, и вовсе экономический нонсенс.

Тем не менее, вот уже несколько лет амбициозные планы распродажи государства и громкие доклады о поступлениях средств в бюджет отвлекают общество от действительных проблем. И среди этой шумихи у госчиновников нет даже минуты, чтобы подумать о создании в Украине привлекательного инвестиционного климата, о новых рабочих местах, о конкурентной среде и стабильном росте доходов населения и бюджета. Иными словами, о развитии экономики, на состоянии которой результаты приватизации никак не отражаются - госпредприятия продолжают существовать в обстановке хронического банкротства, угрожая ввергнуть в эту малоприятную процедуру всю украинскую экономику. И что бы не утверждали по этому поводу правительственные кликуши, для любого грамотного экономиста ясно, как дважды два, что позитивные темпы экономического роста при взаимной задолженности предприятий, которая уже превысила валовый внутренний продукт - это бомба замедленного действия.

Бомба для председателя колхоза

Представьте себе "голову колгоспа", который отчитывается перед селянами по поводу очередного юбилея возглавляемого им хозяйства. Интересно, как он сумеет объяснить, что надои резко повысились, но, в то же самое время, молочную ферму необходимо продать ввиду ее крайней убыточности и огромной задолженности за поставку сена и уборку навоза? Увы, дела в "Червоной синьке" обстоят именно так.

Окруженные кольцом посредников - для "оптимизации товарно-финансовых потоков", запутавшиеся в сетях постоянно меняющегося законодательства, опекаемые семью няньками (от госбюрократии, от парламентских фракций, от политических партий и пр. - авт.) госпредприятия не могли не превратиться в кормушку для "олигархов". И, действительно, нет ничего удобнее, чем выводить активы госпредприятий в оффшорные компании руководствуясь призывом "Защитим госсобственность!" А общественность и пресса, падкие на громкие лозунги, будут эмоционально, вплоть до пены на губах, обсуждать насколько дешево или совсем дешево были проданы активы, например, "Донбассэнерго".

Да, наверное, плохо, что три генерирующие станции из состава "Донбассэнерго" были проданы за долги с использованием процедуры банкротства. Но ведь еще хуже, что "Донбассэнерго" - госкомпания под управлением госчиновников - является хроническим банкротом с миллиардными долгами. И что один из основных потребителей ее электроэнергии - известная региональная корпорация - является высокорентабельной. Настолько рентабельной, что без существенных капиталовложений эта корпорация за несколько лет превратилась в самую крупную частную компанию Украины и пытается теперь создать свое лобби во всех структурах и ветвях власти.

И это еще далеко не самая мощная "бомба для председателя". Более существенную угрозу для экономики страны несет в себе элементарная нестыковка приватизационного законодательства с другими нормами хозяйственного, финансового и гражданского права, что позволяет рядовым "колхозникам" из "Червоной синьки" успешно отчуждать колхозную собственность "внеприватизационным путем". Примеры с АО "Росава" и АО "Эксимнефтепродукт" и пр. всем известны.

А решать, где здесь случаи "злоупотребления служебным положением", а где всего лишь попытки менеджмента выйти за пределы прокрустова ложа законодательства и административного произвола, будут теперь не юристы, а политики. Согласитесь, что накануне парламентских выборов от решения этих вопросов во многом зависит политическое будущее Украины.

Хотели, как лучше...

Очевидно, что сама по себе форма собственности, ни частная, ни государственная, не может служить, соответственно, ни фиговым листком (для сторонников рыночной экономики), ни панацеей (для левых всех оттенков). Ни частное предприятие, подчиненное произволу нувориша, ни госпредприятие под командой "красного директора", ни их симбиоз в виде открытой акционерной компании, где государство контролирует 25% акционерного капитала - это далеко не те результаты реформ, которые общество хотело бы видеть накануне десятилетнего юбилея Независимости. Народ Украины голосовал за Независимость не только для того, чтобы каждый директор мог построить себе шикарный особняк и купить "мерседес". Граждане голосовали против мелочной опеки, против регламентации каждого шага, против расписанной на все времена номенклатурной "табели о рангах", которая раз и навсегда ставила вознаграждение за труд в зависимость не от результатов труда, а от политического лица рабочего, крестьянина, инженера, директора или председателя.

Иными словами, все, кто сегодня хотел бы видеть Украину цивилизованной, ждали, что государство возьмет на себя обязанность создать такую регулятивную среду, чтобы любая - коммерческая палатка или металлургический комбинат - собственность была инвестиционно-привлекательной. Чтобы собственностью, в том числе и в обязательном порядке -государственной, руководили бы не семь нянек, а те, кто был бы ответственен перед обществом, государством и работниками.

О том, что такое в принципе возможно, знает любой предприниматель, хоть раз имевший дело с западными партнерами. Один показательный пример. В столице Австрии - в Вене, на полпути между аэропортом и центром города в ста метрах от автострады расположен нефтеперерабатывающий завод. Аккуратный и не отравляющий воздух никакими неприятными запахами. Это предприятие госкомпании OMB, успешно конкурирующей на австрийском рынке с гигантами международного нефтяного бизнеса.

Компания ежегодно продает часть своих акций и вырученные средства инвестирует в технологическое развитие. При этом никому и в голову не приходит зачислять эти средства в бюджет и направлять их на выплату пенсий пособий по безработице. Просто в Австрии считают, и совершенно правильно делают, что бюджет формируется за счет налогов и пошлин, а не за счет распродажи активов госпредприятий. И, поскольку акции ОМВ обращаются на бирже, а ее активы являются ликвидными, то банки охотно кредитуют компанию.

Еще стоит заметить, что ОМВ управляет не министерство промышленной политики, которого, кажется, в Австрии просто не существует, но правление, назначаемое государством при участии других акционеров. А контролируют компанию закон, рынок, потребители и государственные аудиторы, проверяющие отчетность. Нечего и говорить, что личные доходы менеджеров зависят не от того, сколько они успели украсть или в какой политической партии они состоят, а от результатов работы компании, от ее прибыли.

Возможно, что именно эта идиллическая картинка вдохновила украинские власти на создание в 1998г. государственных акционерных компаний, во всяком случае - части из них. Еще более вероятно, что это решение было чисто интуитивной попыткой нащупать новые механизмы управления госпредприятиями для повышения их экономической эффективности и инвестиционной привлекательности. Можно даже высказать дерзкое предположение, что правительство, таким образом, попыталось вывести новую породу украинского менеджера, ставящего цели государства выше корпоративных или партийных задач.

Увы, "хотели, как лучше, а получилось, как всегда". Увы, "Правило Черномырдина" в очередной раз сработало на все сто процентов, и потому сегодня в Украине налицо кризис административного распоряжения госсобственностью. Мало того, в условиях глобальной конкуренции государство даже не задумывалось над тем, что механизм адекватного экономического управления госсобственностью, намного эффективнее его бюрократического аналога. Кроме того, фискальный характер приватизации лишь усугубляет недостатки бюрократического способа управления госсобственностью - из сугубо государственной она превращается в псевдогосударственную, обслуживающую интересы конкретных политико-финансовых групп - по-украински, "кланов". Поэтому не стоит удивляться, что приватизационные конкурсы по наиболее привлекательным госпакетам акций давно уже превратились в междоусобные войны тех же "холдингов" с обязательным участием государства на стороне одного из них. В такой ситуации власть, конечно же, вынуждена заниматься всем, чем угодно - политическими скандалами, уголовными процессами, разбирать конфликты между прокуратурой и министерством юстиции, etc., но не своими прямыми обязанностями - созданием благоприятного инвестиционного климата, положительной мотивации для повышения предпринимательской активности собственных граждан, т.е. условий для реального экономического роста.

Представляется, что накануне парламентских выборов-2002г. политики должны осознать всю порочность нынешней практики управления госсобственностью. В противном случае, все разговоры о евроинтеграции, об участии страны в мировом разделении труда и пр. так и останутся разговорами, благими намерениями, никак не подкрепленными конкретными делами. А сделать-то нужно всего ничего - ликвидировать колхоз "Червона синька". За ненадобностью. Но, одновременно, найти политическое мужество приравнять госсобственность к собственности частной, хотя бы по механизму управления ею - собственностью.

Естественно, что для этого, во-первых, государственные или с участием государства корпорации и холдинги должны иметь право распоряжения своими активами, приобретать и продавать их на прозрачных рыночных условиях. Только в том случае, если эти активы будут действительно ликвидными, госпредприятия смогут адаптироваться к условиями конкуренции, быть инвестиционно привлекательными, рентабельными т.е. быть собственностью, приносящей государству прибыль, а не разорительные убытки.

Во-вторых, для оценки ликвидности активов госкомпаний было бы целесообразно 15-20% их акций продать на внутреннем фондовом рынке национальным, а 7-10% - внешним инвесторам, например, через механизм американских или глобальных депозитарных расписок. Это позволит, с одной стороны, привлечь значительные средства в стратегические отрасли промышленности, а с другой, сделать госкомпании прозрачными для корпоративных и частных инвесторов.

В-третьих, было бы оправданно передать госпакеты акций в размере 25-30% в управление менеджменту компаний при одновременном запрете менеджерам заниматься коммерческой деятельностью на смежных товарных или финансовых рынках, причем доходы менеджмента должны прямо зависеть от прибылей госпредприятий и от размера дивидендов, которые получит государство на свой пакет акций.

В-четвертых, следует отказаться от практики заключения контрактов между менеджментом госкомпаний и Фондом госимущества, поскольку последний, по определению, более заинтересован не в эффективном использовании госсобственности, а в ее продаже, причем не по максимальной цене, а только в соответствии со сроками, указанными в очередной программе приватизации на очередной календарный период. Предполагается, что контракт должен подписываться между менеджментом и органом государственного управления минимум на 3-5 лет и содержать ясные экономические критерии и оценки работы, а расторгаться в случае убытков или по результатам независимого аудита госкомпании.

И, главное от чего следует немедленно отказаться, так это от фискального подхода к приватизации. Иначе все имущество колхоза "Червона синька" будет распродано только лишь для того, чтобы власть по случаю очередного юбилея или по поводу очередных выборов могла подать гражданам милостыню - пенсии, зарплаты, пособия...

"Укринформбюро"

Иван Глинка
Александр Матюшенко